Когда нас больше нет. О цветке.

Жалею ли я о том, что мы с цветком не стали единым целым? Да, жалею. Жалею, что для нас нет общего неба. И звезды для нас разные и сонный рассвет... Все порознь. 
Я больше не встречаю восход солнца, не вижу мир с высоты птичьего полета. А тот цветок не смотрит в облака, не касается огня и ветра. Уже не ждет Дождя. Зачем ему такая жизнь? Мне не понять.
Красота цветка - в ожидании. В ожидании прикосновения дождя. В ожидании тепла и Весны. Ведь он не цветет зимой - иначе ему было бы все равно.
Но он больше не ждет. Не видит и не слышит ничего... А я замираю от воспоминания о нем. От воспоминания о рассветах и небе. Замираю от сожаления.

                                     

Они должны были родиться...

Они остались там, по разным берегам реки, через которую нет переправы... там, в замерзшей земле. В цепях одна, другая- с иглой в сердце, но жива. Она должна жить пока...


Так они и идут- по разным берегам, сами того не зная. И разделяют их нож, камень и тонкая золотая нить.В промерзшей земле, под слоем прошлогодней листвы и снега. Ничего не ждут. Оттуда нет дороги назад. Там молодое дерево, которого касалась женская рука и цепи, цепи...
Оттуда не выбраться: их держит холод земли и побежденный чей-то страх. Кто-то с мечтою в руках переступил через него- страх высоты и одиночества- и перешел реку. Замкнул круг. И мечту теперь носит всегда при себе, в черных покрывалах, прячет ото всех.


Родились они бессонной ночью, в осколках чьих-то безумных мыслей, в воспоминаниях о счастливых улыбках и серебре. Они должны были родиться- у них не было выбора. Они ходят по земле теперь и не знают, что на самом деле лежат закованы льдом и расстоянием, снегом и прошлогодней листвой. А тонкая нить запуталась в ветвях деревьев, что касались воды, играя с нею. Золотая нервущаяся нить. И нож под ней и камень. Теперь там тихо. Еще тише, чем тогда. Еще безлюдней.